Гамла

Краткая еврейская энциклопедия приводит в качестве даты основания Гамлы 81 год до н. э. — время правления Александра Яная, который присоединил Голаны к Хасмонейскому царству. В I веке до нашей эры наблюдалось резкое усиление еврейского присутствия на Голанах, о чём свидетельствует массовое использование в Гамле монет Хасмонеев.

Есть иные версии появления города. Возможно, что еврейский населённый пункт на месте Гамлы ранее основали выходцы из Вавилона. Эта теория основывается на арамейском написании названия «Гамла» (с алефом на конце). Ицхак Галь полагал, что победа Маккавеев в борьбе с греками стала толчком к возвращению в Землю Израильскую части вавилонских евреев, которые в том числе расселились и на Голанах, где ещё не был установлен еврейский контроль. В частности, в первой книге «Иудейских войн» Иосифа Флавия сказано, что Яннай захватил крепость Гамлу в ходе войны в Галилее против селевкидского правителя Деметрия Эвкера.

Город находился на холме между долинами ручьёв Гамла и Далиот. Он был построен на небольшом седле базальтового хребта и был окружён глубокими ущельями, что обеспечивало городу сильные преимущества в обороне. Единственная дорога подходила к городу с востока. В этом месте была построена массивная крепостная стена из квадратных базальтовых камней до 6 м толщиной. Сам город располагался на более пологом южном склоне. Вдоль стены располагались квадратные башни, на вершине холма у северной оконечности стены находилась круглая башня, которая была построена намного раньше стены (вероятно ещё в период Селевкидов) и до начала военных действий предположительно была единственным оборонительным укреплением в Гамле. В нижней части стены ещё 2 башни охраняли въезд в город — так называемые «водяные ворота», в середине стены находились так называемые «ворота двух башен», которые антиковед Самуэль Рокко считает официальным въездом в город. Здания города были построены на террасах с лестницами. В западной части города были найдены богатые дома и производственные помещения. В качестве столицы Голан город просуществовал около 150 лет. Город был знаменит производством высококачественного оливкового масла. Активно развивался в правление Ирода Великого. В дальнейшем Гамла была спорной территорией между Иродом Антипой и набатейским царём Аретой IV (англ.) В вопросах культа и быта Гамла была типичным традиционалистским еврейским поселением. Так, археологи обнаружили древнюю синагогу и большое число разных ритуальных предметов. Кроме общеизвестных вещей — таких, как миквы и ритуальная посуда, — была обнаружена странная архитектурная деталь. Оба входа в узкий переулок между двумя домами были частично перекрыты достроенными позже пилястрами. С практической архитектурной точки зрения эти пилястры никакой функции не несли, из чего был сделан вывод, что у них было ритуальное значение: они символизировали эрув — ритуальное объединение собственности разных людей в общее пользование, позволявшее переносить из одного здания в другое предметы во время шаббата. В отличие от ряда других мест, в Гамле не было обнаружено изображений людей и животных, которые были связаны с языческими культами.

С начала 1 тысячелетия, когда римляне превратили бывшее Иудейское царство в провинцию Иудея, выходцы из Гамлы играли важную роль в борьбе за независимость. В частности, Иуда Галилеянин в 4 году до н. э. поднял антиримское восстание в Сепфорисе и был убит при его подавлении. Его сыновья Яаков и Шимон воевали против римлян в 46 году, третий сын Менахем бен-Яир стал вождём сикариев, а ещё один родственник Элазар бен-Яир возглавлял оборону крепости Масада.

В период антиримского восстания 66-71 гг. Гамла стала одним из опорных пунктов восставших. Взятие Гамлы в 67 году н. э. римлянами описано очевидцем событий Иосифом Флавием в труде «Иудейская война», 4 книга, 1 часть. По собственному свидетельству, Иосиф занимался ранее укреплением обороны Гамлы, знал её жителей, а после взятия римлянами в плен в Йотапате наблюдал за осадой Гамлы из римского лагеря. Ряд деталей осады Гамлы в описании Флавия являются неправдоподобным вымыслом и не подтверждаются археологическими исследованиями. Зато географические описания сделаны Флавием достаточно точно и позволяют идентифицировать множество объектов и связанных с ними событий. Флавий пишет, что вначале Гамла была лояльна к властям, но с приходом в город повстанцев, оппозиционных Агриппе II, горожане присоединились к сопротивлению. Руководство перешло в руки крайних противников римской оккупации — зелотов. Город выдержал первую семимесячную осаду, которую организовал в 66 году н. э. царь Иудеи Ирод Агриппа II.

12 октября 67 года 3 римских легиона (V Македонский, X Охраняющий пролив и XV Аполлонов) общей численностью около 60 тысяч солдат под командой Веспасиана начали вторую осаду. Жителей города, включая вооружённых повстанцев, было по данным Флавия всего 9000 человек. Кеннет Аткинсон называет это число явно завышенным. Тем не менее, Дани Сион пишет, что перед осадой Гамла стала городом-убежищем, в которое стекались как повстанцы со всей Галилеи, так и жители окрестных деревень. Места в городе было мало, и даже городская синагога была приспособлена для проживания беженцев. Захват города имел принципиальное значение для Веспасиана. По существующей стратегии следовало захватить и подавить все очаги сопротивления по пути следования, какими бы небольшими они ни были. Кроме того, евреи рассчитывали, хотя и необоснованно, на возможную помощь от единоверцев из Вавилона и военную интервенцию Парфянского царства. Хотя Флавий, руководивший укреплением обороны Гамлы, описывает её как крепость, археологические изыскания показывают, что фактически стены строились фрагментарно, заполняя промежутки между домами для создания сплошной линии укреплений, а некоторые дома, мешавшие строительству, даже были снесены.

Согласно обычной римской тактике, если город не сдавался и не мог быть сразу взят штурмом, его окружали и возводили циркумвалационную стену снаружи. Однако при осаде Гамлы такие стены, судя по всему, не возводились, равно как и укрепления вокруг римского лагеря. Римляне не собирались долго задерживаться под Гамлой и не ожидали нападения со стороны защитников. Видимо, по этой причине каких-либо стационарных укреплений, оставшихся от римских лагерей вокруг Гамлы, обнаружить не удалось. Город был подвергнут сильному обстрелу каменными ядрами и стрелами с горящей паклей, которые метали баллисты и катапульты с соседних холмов. Они располагались примерно в 300 метрах от стен города. Осада продолжалась 1 месяц. Стена города была пробита в нескольких местах на узком участке общей шириной около 50 метров, там же происходили основные столкновения. Вокруг крупнейшей бреши, ширина которой достигала 5 метров, археологами было найдено множество каменных ядер и наконечников стрел, как снаружи, так и внутри, что свидетельствует об ожесточённой схватке между осаждающими и защитниками города.

При первом штурме ворвавшийся в город отряд римлян был уничтожен защитниками, поскольку нападающие не смогли использовать численное преимущество в узких улицах Гамлы и были перебиты обстреливавшими их с более высоких мест евреями. Флавий пишет, что в тесноте, когда передние ряды стремились отступить из-под обстрела, а задние напирали, солдаты влезали на низкие крыши домов, которые в итоге не выдержали и рухнули, убивая тех, кто стоял на них, под ними и ниже. Римская армия обратилась в бегство.  Через несколько дней римлянам удалось разрушить круглую башню. Этот отрывок обычно рассматривается как вымысел, но Дани Сион пишет, что такое вполне возможно, поскольку башня не имела фундамента, была построена прямо на почве и камни действительно могли быть выбиты. На следующий день, 10 ноября, римляне, сломив оборону города, повторно ворвались в Гамлу. В резне погибло около 4000 жителей, остальные, по утверждению Флавия, чтобы не сдаваться в плен, бросились в пропасть с гребня холма.  В живых остались только две женщины, которым удалось спрятаться. Город прекратил существование и был забыт. Некоторые защитники Гамлы, которым ранее удалось уйти из города, присоединились к повстанцам в Иудейской пустыне. Дани Сион, отмечая, что утверждение о массовом самоубийстве жителей Гамлы обычно принимается на веру широкой публикой, сам ставит его под сомнение. Как он указывает, есть лишь одно место на холме, откуда можно прыгнуть в пропасть, но добраться до него по скалам сложно, и для тысяч стариков, женщин и детей нереально. Сама по себе эта точка вмещает несколько десятков, но не тысяч человек. Кроме того, в отличие от защитников Масады, имевших достаточно времени для выработки плана о массовом самоубийстве, у жителей Гамлы в разгар боя просто не было такой возможности. Возможно, часть жителей погибла в попытках спуститься, но преднамеренного массового самоубийства, вероятно, не было. Добавление вымыслов, подчёркивающих ужасы войны, было характерно для эллинистической литературы того времени. Аткинсон считает, что описание массового самоубийства, помимо воспевания героизма, могло нести функцию предупреждения о бесполезности дальнейших восстаний.

 

 

Михаил Литвяк