Памятник


Солнечным апрельским днем мы с мужем гуляли по Подолу, весеннему Киеву, словно охваченному ароматным кружевом цветущих деревьев. Все дворы и обочины сияли ярко-белыми и нежно-кремовыми красками свежести и праздника, звучало птичье пение, солнечные лучи рассыпались в воздухе и заставляли щуриться то ли от света, то ли от счастья.

Кроме интересной прогулки по улицам Подола, которых мы еще не видели, нашей целью, как всегда у таких путешествиях, было открытие новых исторических мест. Оказавшись недалеко от Куренёвки, мы решили найти памятник, который давно хотели посетить…

Так, вскоре мы остановились на углу улиц Кирилловской и Петропавловской, на углу дома, где установлен памятник Анатолию Кузнецову, автобиографический роман которого «Бабий Яр» стал романом-документом о событиях в оккупированном Киеве и трагедии еврейского народа в Яре, склоны которого начинаются недалеко от этого места.

Небольшой мальчик, словно взволнованный и любопытный воробей, замер возле кирпичной стены, читая объявление, которое только что увидел. Мы встали за ним и, словно из-за плеча, тоже начали читать: «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник 29 сентября 1941 года к 8 часам утра на угол Мельниковской и Дохтуровской (возле кладбищ). Взять с собой документы, деньги, ценные вещи, а также теплую одежду, белье и проч. Кто из жидов не выполнит этого распоряжения и будет найден в другом месте, будет расстрелян. Кто из граждан проникнет в оставленные жидами квартиры и присвоит себе вещи, будет расстрелян».

Увидев наш интерес, к памятнику подошли другие прохожие и тоже стали читать объявление. Читали, с печалью отходили. Вдруг, идя по улице, возле нас остановился высокий худощавый дедушка лет 85-ти, с большой белой бородой, в темном берете и с тростью.

— Жаль, что два народа были рассеяны па миру: цыгане и евреи, — сказал он.

В надежде, что у этого уважаемого пожилого человека есть для нас что-то важное об истории Второй мировой и Бабьего Яра, мы повернулись к нему.

— Цыгане... — продолжил он. — их рассеяли… Не помню, кто… А евреи… задалбали… их рассеяли римляне… Очень жаль, что рассеяли тагда, кагда ани были в Израиле. Их нада была бы тагда... всех…

Страшное осознание того, какую мысль хотел донести до нас дедушка, будто обдало ледяной водой.

— Вы знаете, о чем этот памятник? — спросил у него мой муж.

Тот утвердительно кивнул. 

— Маладой челавек, их, гадов, нада была еще тагда всех, в Израиле… а то ани рассеялись… — выдохнул он праздничным перегаром вперемежку с досадой от неосуществленного римлянами тотального решения «еврейского вопроса».

— Вы читали его книгу? — спросил мой муж, указывая на воплощающего собой автора романа худенького мальчика, который продолжал читать объявление, ставшее приглашением на встречу с собственной гибелью десятков тысяч евреев «города Киева и его окрестностей».

— Да, давно.

— Сколько Вам лет? Вы видели то, о чем он писал?

— Маладой челавек, не Вам считать маи годы!

Он продолжал взволнованно и убежденно что-то говорить о том, как евреи стали причиной всех бед современного общества, избегая ответов на наши вопросы, не слыша наших слов, входя в раж.

Понимая, что дедушка погрузился в темный омут своих страшных убеждений, которые взращивал и утверждал годами, мы оставили его наедине.

Обернувшись через минуту, чтобы еще раз взглянуть на памятник, ставший очевидцем этой беседы, мы увидели дедушку, шагавшего вверх по улице и уменьшающегося в размерах. На своем посту стоял неизменный маленький мальчик, который, словно молчаливый великан, вопиюще свидетельствовал о том, что невозможно забыть…

 

Александра Обревко

Оригинал статьи на украинском языке facebook.com

 

Пам'ятник

Сонячного квітневого дня ми з чоловіком гуляли Подолом, весняним Києвом, наче огорнутим пахучим мереживом квітучих дерев. Усі двори та узбіччя сяяли яскраво-білими та ніжно-кремовими фарбами свіжості та свята, лунав пташиний спів, сонячні промені розсипалися у повітрі та примушували мружитися чи то від світла, чи то від щастя… 

Окрім цікавої прогулянки вулицями та куточками Подолу, яких ми ще не бачили, у нас на меті, як завжди у таких подорожах, було відкриття нових історичних місць. Опинившись неподалік від Куренівки, ми вирішили знайти пам’ятник, який давно хотіли відвідати... 
Так, незабаром ми зупинилися на розі вулиць Кирилівської та Петропавлівської, на куті будинку, де встановлено пам’ятник Анатолію Кузнєцову, автобіографічний роман якого «Бабин Яр» став романом-документом про події у окупованому Києві та трагедію єврейського народу у Яру, схили якого починаються неподалік від цього місця.

Невеличкий хлопчик, наче стурбований та допитливий горобець, завмер біля цегляної стіни, читаючи об’яву, яку щойно побачив. Ми встали за ним і, наче з-за плеча, теж почали читати: «Наказуеться всiм жидам мiста Киева i околиць зiбратися в понедiлок дня 29 вересня 1941 року до год. 8 ранку при вул. Мельника — Доктерiвськiй (коло кладовища). Всi повиннi забрати з собою документи, грошi, бiлизну та iнше. Хто не пiдпорядкуеться цьому розпорядженню буде розстрiляний. Хто займе жидiвське мешкання або розграбуе предмети з тих мешкань, буде розстрiляний».

Побачивши нашу зацікавленість, до пам’ятника підішли інші перехожі та теж стали читати оголошення. Читали, із сумом відходили. Раптом, крокуючи вулицею, біля нас зупинився високий худорлявий дідусь років 85-ти, із великою білою бородою, у темному береті та з ціпком.

— Жаль, что два народа были рассеяны по миру: цыгане и евреи, — сказав він.

Сподіваючись, що у цієї поважної літньої людини є для нас щось важливе з приводу історії Другої світової та Бабиного Яру, ми повернулися до нього.

— Цыгане... — продолжив він. — их рассеяли… Не помню, кто… А евреи… задолбали… их рассеяли римляне… Очень жаль, что рассеяли тогда, когда они были в Израиле. Их надо было бы тогда... всех…

Страшне розуміння того, яку думку хотів донести до нас дідусь, наче облило крижаною водою.

— Ви знаєте, про що цей пам’ятник? — спитав його мій чоловік.

Той ствердно кивнув.

— Маладой чєлавєк, их, гадов, надо было еще тогда всех, в Израиле… а то они рассеялись…— видохнув він святковим перегаром упереміж із прикрістю від нездійсненого римлянами тотального рішення «єврейського питання».

— Ви читали його книжку? — спитав мій чоловік, вказуючи на уособлюючого автора роману худенького хлопчика, що продовжував читати оголошення, яке стале запрошенням на зустріч із власною загибеллю десятків тисяч євреїв «Києва і околиць».

— Да, давно.

— Скільки Вам років? Ви бачили те, про що він писав?

— Маладой чєлавєк, не Вам считать мои годы!

Він продовжував схвильовано та переконано щось говорити про те, як євреї стали причиною усіх негараздів сучасного суспільства, уникаючи відповідей на наші запитання, не чуючи наших слів, входячи у раж.

Розуміючи, що дідусь поринув у темний вир своїх страшних переконань, які зрощував та стверджував роками, ми залишили його на самоті.

За хвилину обернувшись, аби ще раз поглянути на пам’ятник, що став очевидцем цієї бесіди, ми побачили дідуся, що крокував вулицею уверх та зменшувався у розмірах. На своєму посту стояв незмінний маленький хлопчик, що, наче мовчазний велетень, кричуще свідчив про те, що неможливо забути…

 

Олександра Обревко

Джерело: facebook.com

 

Добавить комментарий

Правила комментирования просты: стиль дворянского общения. Это значит не "тыкать" незнакомым участникам, не высказывать что-либо в обидном тоне, не пользоваться крепкими выражениями и считать других умнее себя.
Пожалуйста, говорите о статье, а не о Ваших религиозных убеждениях.
Согласно правилам boruh.info любой комментарий может быть удален или сокращен модератором без объяснения причин.
Пожалуйста, не размещайте комментарии в стиле «а вот ссылка на мою статью». Такие комментарии могут публиковать только авторы.

Хотите редактировать Ваши комментарии? Зарегистрируйтесь на сайте.


Защитный код
Обновить

Обсуждения

  • Сыны Божии

    • Приведенный Вами текст из Быт. 11:5 как раз подтверждает, что термин "сыны ...
       
    • Уважаемый Андр1! Не забыли, цитирую из своей статьи: "При исследовании оказывается ...
       
    • Если бы это были люди, то они бы были названы «сынами человеческими», как в этом ...

Вход на сайт

 

Недельная глава

Шмот / Исход | Бо בא

Название   этой  Недельной  главы означает «войди, приди»: «И сказал Господь Моше: войди к фараону, ибо Я отягчил сердце его и сердце рабов его, чтобы явить между ними сии знамения Мои» (Исход 10:1).

Подробнее...

Выбор Редакции

Община «Бейт шалом» почтила память погибших в Холокосте

В этом году 27 января мир отмечает не только Международный день памяти жертв Холокоста, но и 75-летие освобождения лагеря смерти Освенцим.

Вторая мировая война, приведшая к гибели десятков миллионов человек на планете, стала самой страшной катастрофой европейского и мирового еврейства, уничтожив 6000000 дочерей и сыновей еврейского народа.

Ежегодно Киевская еврейская адвентистская община «Бейт шалом» в эти дни присоединяется к чествованию памяти жертв Холокоста. Так, в прошлые годы были проведены музыкально-поэтические программы и лекции специалистов по истории Катастрофы европейского еврейства. Также по традиции община участвует во всемирной акции-флешмобе #WeRemember («Мы помним»).

На днях община «Бейт шалом» также провела памятные мероприятия. В субботу 25 января члены общины сделали совместную фотографию с надписью #WeRemember, с чем присоединились ко всемирной акции в фейсбуке, предназначенной для сохранения памяти жертв геноцида еврейского народа и для того, чтобы подобные трагедии больше никогда не произошли.

На следующий день в рамках памятных мероприятий, в воскресенье 26 января, представители и друзья общины посетили специально организованную для них экскурсию в Национальном музее истории Украины во Второй мировой войне. Тематическая экскурсия была посвящена Катастрофе еврейского народа во время Второй мировой войны на территории Украины и самоотверженному подвигу украинских праведников народов мира, спасавших евреев, часто ценой собственной жизни.

Участники экскурсии узнали о начале Холокоста и о политике Третьего Рейха по уничтожению евреев, о лагерях смерти, трагедии Бабьего Яра и событиях в Киеве, предшествовавших расстрелам, а также о спасении евреев местными жителями.

Нацистский режим сначала лишил европейских евреев права жить среди других граждан, согнал их в гетто, откуда их транспортировали в концлагеря и лагеря смерти. Заключенных лишали всякой собственности и, напоследок, имен, присваивая им номера, которые татуировали на руках (по их мнению, человек без имени — уже не человек, его легче уничтожить), а затем лишали жизни в газовых камерах. Кроме гибели в лагерях смерти, сотни тысяч были расстреляны в оврагах, лесах, уничтожены в карательных акциях.

Среди впечатляющих экспонатов музея экскурсанты увидели вещи узников концлагерей и жертв Бабьего Яра, но самыми страшными экспонатами были матрас с человеческими волосами, пара перчаток, изготовленных из человеческой кожи, и кусочек мыла из человеческого жира.

Несмотря на это, среди непроницаемой тьмы сиял луч надежды: люди доброй воли пытались спасти жизнь обреченных на смерть евреев — детей и женщин, целые семьи. Значительную часть рассказа экскурсовод посвятила историям этих украинцев. Эти люди, несмотря на неизбежное наказание за укрывательство евреев, делали все возможное и невозможное, чтобы спасти им жизнь, независимо от собственного статуса, вероисповедания и т. д. Музей хранит свидетельства и документы о подвиге этих людей, которые не могли поступить иначе. Это и семья православного священника Алексея Глаголева, и церковные деятели греко-католической церкви братья Шептицкие, и Емельян Ковч, и другие простые люди и семьи.

Экскурсантам запомнилась история учительницы из Черкасской области Александры Шулежко, которая спасла 25 еврейских детей, испросив разрешения у нацистской оккупационной власти организовать детский дом, не разглашая о происхождении ее воспитанников. Она собирала маленьких еврейских сирот под свою опеку и искусно скрывала их от нацистских надзирателей, то надевая на их лица маски зверей во время показательных спектаклей, то пряча их в инфекционном отделении изолятора. После войны ее подозревали в коллаборационизме с нацистами, из-за чего несправедливо лишили возможности работать по специальности, позволяли устраиваться только на незначительные должности. Благодаря свидетельству спасенных Александрой детей, израильский национальный мемориал Холокоста и Героизма «Яд Вашем» присвоил ей почетное звание «Праведник народов мира», но, к сожалению, посмертно.

Украина занимает четвертое место по количеству праведников народов мира в списке стран, спасавших евреев во время их геноцида. Официальная цифра таких людей в нашей стране — 2573 героя, но о скольких отважных людях, которые возлюбили ближнего больше собственной жизни, еще не известно миру!

Участники экскурсии были поражены увиденным. «Трудно представить, что такое случилось вообще... Сколько жизней не состоялось! Ты ходишь по улицам, мимо домов, в которых жили дети и взрослые, жизнь которых оборвалась в Бабьем Яру. Эта история должна преподать урок следующим поколениям, нельзя замалчивать и обесценивать ценность человеческой жизни», — говорили они.

Мероприятия, подобные этой экскурсии, необходимы для понимания ценности человеческой жизни, для сохранения памяти об исторических событиях, которые, как разрушительный ураган, уничтожили бόльшую часть мирового еврейства. И сегодня, когда весь мир вспоминает эти темные годы, община «Бейт шалом» приобщается к этим печальным и важным мероприятиям, чтобы выразить свое сочувствие еврейскому народу и настойчиво провозгласить: «Мы помним об этой трагедии, и, хотя стремимся и надеемся на исцеление детей Израиля от ран Холокоста, хотим, чтобы уроки этой Катастрофы никогда не забылись, чтобы ничто подобное не повторилось снова».

Пресс-служба общины «Бейт шалом»

Откуда взялись еврейские песни?

Чья это улица, чей это дом…Чью песню пел русский пролетарий Максим?

В 1934 году на экраны кинотеатров Советского Союза с большим шумом и с большой помпой вышел полнометражный художественный фильм, снятый киностудией Ленфильм, под названием «Юность Максима».

 

Путешествия