Присутствие и интересы Русской православной церкви в земле Израиля


Страна Израиля, называемая также Палестиной, — земля трех религий. Евреи, мусульмане, христиане почитают ее как святую. Здесь родилась христианская религия, что всегда давало христианам всех направлений основание считать эту землю христианской.

На святых для христианства местах издавна сосуществуют учреждения католические и протестантские, православные и армяно-григорианские, и это всегда придавало Стране Израиля и особенно Иерусалиму подлинно интернациональный характер. После окончания Крестовых походов в XIII веке христиане уже не имели политической власти в Стране Израиля; с тем большим рвением различные христианские конфессии, а равно и христианские державы, считавшиеся их заступниками, соперничали друг с другом, стараясь приобрести в Стране Израиля влияние и взять под свой контроль главные христианские святыни.

Город Иерусалим оказался в фокусе внимания европейских держав и США после окончания Наполеоновских войн, а еще больше после 1829 г., когда Греческое королевство добилось независимости и стало ясно, что Османская империя распадается. За Иерусалим соперничали Англия, Франция, Россия, Пруссия и США. Каждая держава стремилась зафиксировать свое присутствие в Святом городе. В этом соперничестве религиозные цели были неотделимы от политических: каждое церковное учреждение — церковь, монастырь, школа или больница — было проводником влияния страны, которая его открывала. Церкви — католическая, православная или лютеранская — стремились укрепить свое влияние на Святой земле; державы — Франция, Россия или Германия — ждали, пока османская Палестина упадет к их ногам, и готовились к этому моменту. Так, в 1834 г. русское правительство выдало деньги на восстановление монастыря Св. Саввы, разрушенного землетрясением; оно оказывало финансовую поддержку и другим православным учреждениям. В 1841–1842 гг. в Иерусалиме было основано англиканское епископство. Тогда же по совету России православный (греческий) патриарх Иерусалима перевел свою резиденцию из Константинополя в Иерусалим. В ответ на это папа Пий IX в 1847 г. восстановил в Иерусалиме Латинский патриархат — шаг, укрепивший прежде всего влияние Франции в регионе.

Россия вступила в борьбу за гегемонию в Иерусалиме и в Земле Израиля примерно в эти же годы. Цель ее была двоякой. С одной стороны, она, как православная держава, стремилась не допустить захвата большинства христианских святынь католиками и протестантами («инославными церквами»), а наоборот, хотела превратить их в православные святые места. С другой стороны, Россия стремилась к политической гегемонии в этой важнейшей провинции угасавшей Османской империи, а путь к этой гегемонии лежал через религиозное присутствие. В 1847 г. в Страну Израиля была направлена первая русская духовная миссия — характерно, что направил ее не Синод, а Министерство иностранных дел. В 1858 г. было учреждено русское консульство в Иерусалиме.

Важной стороной деятельности по укреплению русского присутствия в Стране Израиля было подчинение всех православных общин страны русской Патриархии. До этого общины — большинство православных в Палестине составляли арабы, меньшинство греки, не считая прочих — были подчинены греческому Иерусалимскому патриархату. Стремление оттеснить греческую иерархию и взять православные общины под русское управление преследовало не только политические цели: русские упрекали греческое церковное руководство за то, что оно не противодействует успешной католической и протестантской миссионерской деятельности среди православных Сирии и Палестины. Однако попытка «русификации» церкви не могла не повлечь конфликта с греческим клиром.

Главным признаком русского присутствия в Земле Израиля были паломничества православных подданных России на святые места. До Крымской войны 1853–1855 гг. паломничество было стихийным. Оно шло через Кавказ и Малую Азию, что было опасным — только 50% русских возвращались из таких паломничеств живыми и невредимыми. Далее, паломники вынуждены были полагаться на греческие монастыри, которые весьма неохотно предоставляли русским хлеб и кров. Греческие священнослужители не знали русского языка и не могли, например, принимать исповедь у паломников. Русской церкви необходимо было наладить организованные паломничества и создать для паломников опорные пункты.

В 1856 году согласно Хатт-и-Хумаюн, указу османского правительства, иностранцам было разрешено покупать земли в империи. В 1860 г. русские купили участок рядом с Яффскими воротами Иерусалима, примыкающий к Яффской дороге. Раньше на этом месте был «майдан» — плац-парад турецкого гарнизона. Приобретенный участок окружили высоким забором с воротами на двух каменных столбах и начали строительство церкви, которая была бы видна всякому путешественнику, въезжающему в Иерусалим со стороны портового города Яффо. Хотя русские ставили забор для защиты от грабителей, многие воспринимали возводимое здание как военное сооружение и смотрели на стройку с подозрением: уж не собираются ли русские разместить здесь свой гарнизон, когда Палестина перейдет из рук Турции в руки России? Построенный на огороженном участке Свято-Троицкий собор был освящен в 1872 г.; со временем к нему добавились дом духовной миссии и два странноприимных дома — Сергиевское подворье и Николаевское подворье. Тут же располагались больница и консульство. Еще раньше, в 1858 г., в непосредственной близости от церкви Гроба Господня, было затеяно строительство странноприимного дома, который бы вмещал несколько тысяч паломников. Здание таких размеров построить не удалось, вместо него в 1887–1891 гг. было построено более скромное строение — Александровское подворье с церковью Александра Невского внутри. В странноприимных домах паломникам подавалась исключительно русская пища: щи, борщ, гречневая каша, черный хлеб, квас. Некоторые продукты приходилось привозить морем из далекой России, и это стоило больших денег, однако паломник, по мнению организаторов паломничеств в Палестину, должен был воспринимать эту страну как русскую и поменьше соприкасаться с ее арабским бытом и культурой. В 1882 г. было основано Императорское палестинское православное общество (ИППО) — не только для того, чтобы поддерживать паломничества и строить православные учреждения, но и чтобы пропагандировать русские святые места Земли Израиля в России.

Русская церковь укрепляла свое присутствие не только в Иерусалиме. На Масличной горе, рядом с городом, в 1880-х гг. возвели церковь Вознесения и церковь Марии Магдалины. В церковь Вознесения был доставлен самый большой на Ближнем Востоке колокол, весивший шесть тонн. В 1906 г. при ней был открыт монастырь. Звонница церкви была самым высоко стоящим строением в Иерусалиме и окрестностях, ее было видно за много километров; арабы называли ее Мускубия (от слова «Москва»). В 1880 г. началось строительство Горненского монастыря в Эйн-Кереме, где уже действовал католический (францисканский) монастырь Иоанна Крестителя. Закладка монастыря шла с истинно русским размахом. Своим внешним видом и размерами монастырь должен был напоминать русскую деревню; он исполнял также функцию странноприимного дома. Годом открытия монастыря можно считать 1893-й, когда на его территории была освящена церковь Казанской Божией Матери. В 1894 г. была построена церковь Св. Петра в Яффо, в 1906-м — церковь Св. Пророков в Хевроне, в 1913-м — церковь Св. Ильи в Хайфе. И это еще не полный список. Накануне первой мировой войны началось строительство большой церкви Всех Святых на территории Горненского монастыря в Эйн-Кереме, которая, так же как Мускубия, должна была возвышаться над окрестностями, но строительство прервалось в связи с войной.

В начале ХХ в. русское присутствие в Земле Израиля было значительным. В год страну посещало 12–14 тыс. русских паломников. К началу первой мировой войны Русская духовная миссия (РДМ) и ИППО совместно владели 37 участками только в Земле Израиля (не считая Сирии), с восемью церквами и несколькими часовнями, двумя женскими монастырями, пятью больницами и семью странноприимными домами. К 1905 г. в Палестине и Сирии действовали 93 школы с 10 741 учениками-арабами, где работали 417 учителей, из них 25 русских; арабских учителей с 1886 г. готовила учительская семинария[1] . Образование как в школах, так и в семинарии было бесплатным. В число обязательных предметов входил русский язык, кое-где — также русская литература. В женской школе в Аль-Изарии (Вифании) под Иерусалимом учили даже русские песни и русские танцы.

Преследуя свои духовные цели в Палестине, Русская православная церковь сознательно помогала Российской империи укреплять свое влияние на Ближнем Востоке. Церковь и российское государство действовали рука об руку. Глава РДМ, архимандрит Антонин Капустин, в 1879 году заявил: «Всю свою жизнь я был занят укреплением позиций России в Святой земле, чтобы русские чувствовали себя здесь как хозяева, а не как гости»[2] . Деятельность по укреплению русских позиций в Стране Израиля, будь то позиции церкви или позиции Российской империи, именовалась «Русское дело на Святой земле». В начале войны русские мечтали выкроить из турецкой территории коридор, соединяющий Кавказ со Святой землей, что не только облегчило бы путешествия русских паломников в Палестину, но и прочнее привязало бы эту территорию к России.

После войны и Октябрьской революции, когда Палестина находилась под британским мандатом, РДМ была подчинена Синоду Русской православной церкви за границей — эмигрантской русской церкви, не признавшей главенство «большевистской» Московской патриархии. Не получая достаточных доходов извне, РПЦЗ продала некоторые земельные участки. Теоретически с 1922 г. владения дореволюционной русской церкви находились в ведении британского администратора, фактически — Карловацкого синода РПЦЗ. Такое положение дел поддерживалось британскими властями: англичане не хотели, чтобы собственность русской церкви перешла к Советской России.

Тем не менее, уже в мае 1923 г., вскоре после установления дипломатических отношений с Великобританией, недавно созданный Советский Союз заявил претензии на владения русской церкви в Земле Израиля. В своей ноте Форин-офису советское полпредство в Лондоне ссылалось на декрет 1918 г. об отделении церкви от государства и национализации церковной собственности, по которому вся собственность русской церкви, в т.ч. и в Палестине, становилась государственной. Полпредство объявило всякие продажи земельных участков, подготавливаемые РПЦЗ, противоправными и потребовало допустить в Иерусалим особого полпреда СССР для управления русскими земельными участками и строениями на них. Британский МИД отвел требования СССР: требования СССР входили в противоречие со ст. 14 мандата Лиги Наций на управление Палестиной; еще важнее было то, что Советы выставляли свои претензии на церковную собственность в тот момент, когда в самом Союзе велась бешеная антицерковная пропаганда, закрывались и осквернялись церкви, преследовалось духовенство.

Положение изменилось, однако, в 1943 г., когда Великобритания и СССР стали союзниками в войне, а в СССР были восстановлены Патриархия и Синод. На решение Британии повлияло и то обстоятельство, что во время войны Синод РПЦЗ занял пронемецкую позицию. В конце 1943 г. Черчилль дал указание пересмотреть позицию Британии по данному вопросу, и в 1946 г. советским дипломатам было сказано: Великобритания не имеет возражений против передачи собственности императорского правительства (нескольких земельных участков); что же касается остальной собственности, то она подпадает под ст. 14 мандата. В результате вопрос о собственности Духовной миссии и ИППО повис в воздухе. К 1948 г., когда англичане аннулировали пост Верховного комиссара, русская собственность в Стране Израиля оценивалась в 100 млн. долл.

14 мая 1948 г. была провозглашена независимость Государства Израиль. Молодое еврейское государство было благодарно Советскому Союзу за поддержку его борьбы за независимость и готово было пойти ему навстречу. В конце 1948 г. в Израиль прибыла советская делегация, которой надлежало стать миссией Московской патриархии в Иерусалиме; таким образом, в городе появились две русские духовные миссии. По окончании Войны за независимость, в конце 1949 г., Израиль передал СССР собственность царской семьи, находящуюся на территории государства, а также передал миссии Московской патриархии, фактически также СССР, земельные участки и строения на территории Израиля, которыми до этого распоряжалась Духовная миссия РПЦЗ. Таким образом, из 37 участков, числившихся за РДМ, 18 участков остались за РПЦЗ, 11 отошли к Московской патриархии, а 8 были проданы с 1914 по 1948 г. как «имеющие мало ценности». В собственности РПЦЗ осталось все, что находилось на контролируемой Иорданией части Страны Израиля, в том числе в Старом городе Иерусалима: Иорданское королевство не имело дипломатических отношений с СССР, и вести переговоры о русской собственности на иорданской территории Советскому Союзу было бы затруднительно.

Советская сторона не получила, однако, собственности Императорского палестинского общества, и настаивала на ее передаче. Израиль возражал на том основании, что СССР не является наследником ИППО. Тогда Советы в 1950 году поспешно создали Археологическое палестинское общество при АН СССР, объявили его правопреемником ИППО и потребовали от Израиля признания его права вести переговоры о собственности ИППО. Израильская сторона полагала, что этот вопрос может решить только суд. Советская сторона отказалась передать дело в израильский суд; конфликт затянулся.

В 1953 г., после разрыва отношений между СССР и Израилем, РПЦЗ начала переговоры с правительством Израиля о возвращении ей прежней собственности, доставшейся Московской патриархии. Переговоры с РПЦЗ насторожили и миссию МП, и Кремль: они показали Москве, что положение «русской собственности» в Израиле продолжает быть непрочным. Между Израилем и представителями советского правительства начались переговоры о продаже русской недвижимости Государству Израиль; они затянулись на десять лет. Только в 1964 г. было достигнуто соглашение. Согласно ему, Свято-Троицкий собор на Русском подворье в Иерусалиме и здание Духовной миссии, а также церкви в Яффо, Хайфе, Назарете и на горе Тавор (Фавор) оставались во владении МП, т. е. СССР; вся остальная собственность «красной церкви» продавалась Израилю за 4,5 млн. фунтов стерлингов[3] . В соглашении 1964 г. оговаривалось, что одна треть этой суммы будет уплачена деньгами, а две трети будут погашаться в течение нескольких лет товарами, а именно апельсинами, в результате чего журналисты начали называть это соглашение «апельсиновой сделкой». Судьба здания ИППО, в котором тогда располагался Верховный суд Израиля, осталась нерешенной. За всю русскую собственность, оставшуюся во владении МП и используемую израильскими структурами, Израиль обязался платить Советскому Союзу арендную плату.

В 1967 г. в результате Шестидневной войны Израиль взял под свой контроль правый берег Иордана, до того удерживаемый Иорданией; под контроль Израиля перешли и владения РПЦЗ. На сей раз Государство Израиль не спешило передавать собственность «белой» церкви в руки «красной» церкви.

Несмотря на отсутствие дипломатических отношений между СССР и Израилем, в 1968 г. Московская патриархия обратилась к Израилю с просьбой передать ей собственность РПЦЗ в Восточном Иерусалиме, т. е. в Старом городе и на Масличной горе. МП нисколько не остановило то обстоятельство, что СССР не признавал оккупации Западного берега и аннексии Израилем Восточного Иерусалима. Она потребовала также те участки и строения, которые находились в Хевроне и в Иерихоне. Соблазн передать Московской патриархии собственность РПЦЗ на оккупированных территориях был велик: такая передача означала бы признание Советами де-факто израильского суверенитета над Западным берегом, но Израиль не отвечал два года. Только в 1969 г., во время визита в Иерусалим московского патриарха Пимена (Извекова), Израиль ответил, что этот вопрос находится в ведении Иордании. Израиль был намерен сохранять статус-кво.

Получение дореволюционной русской недвижимости Московской патриархией не исчерпывало ее задач. Недостаточно было принять в свои руки церковные здания и монастыри — их надо было поддерживать. Духовная миссия МП сразу начала все реставрировать, чего не могла себе позволить экономически слабая РПЦЗ. Не менее важно было и укрепить русское духовенство в Израиле, пополнить и омолодить его. Из СССР в Израиль начали прибывать молодые священнослужители и монахи. Например, настоятельница Фролова монастыря в Киеве под угрозой его закрытия согласилась на перевод шести сестер из своего монастыря в Горненский монастырь в Эйн-Кереме.

Духовная миссия Московской патриархии поставила себе и еще одну задачу: взять под контроль православные общины Израиля. В 1949 г., по окончании Войны за независимость, в Палестине насчитывалось около 60 тыс. православных, после раздела Палестины 19 тыс. из них оказались под суверенитетом Израиля, а остальные — под юрисдикцией Иордании. В 1948 г. МП предложила выделить 250 тыс. фунтов стерлингов на реставрацию «русских владений» на территории Израиля. Москва очень хотела возвратить те времена, когда в русских школах Страны Израиля учили русский язык и пели русские песни.

Москва пообещала арабскому православному духовенству, что будет строить в стране церкви, школы и больницы и даже платить жалованье священнослужителям. Характерно, что переговоры с представителями Палестинской православной церкви в 1951–1952 гг. велись не МП, а советским послом в Израиле[4] . Представители Москвы играли на растущем недовольстве арабов-православных греческим руководством в Иерусалимском патриархате; арабы, не понимавшие по-гречески, требовали арабизации церкви. Москва хорошо понимала, что арабизация церкви — необходимый промежуточный шаг в ее русификации.

Попытки Москвы вывести православные общины Назарета и других городов из подчинения Иерусалимскому патриархату не удались. Однако немалые деньги, потраченные Москвой на эту операцию, не пропали: в частности, они помогли настроить арабское православное духовенство на просоветский лад. Священники устно и письменно хвалили политику СССР в области религии. Православные арабы в Назарете и других местах стали голосовать на муниципальных выборах за коммунистов. В 1952 г. были проведены переговоры с иерусалимским патриархом Тимофеем, и тот не только согласился на финансовую поддержку патриархата Москвой в размере 100–150 тыс. долл. в год, но и запретил своим подопечным всякие контакты с РПЦЗ; советская сторона пообещала прекратить агитацию, направленную на раскол греческой православной церкви в Израиле[5].

В это время, в 1950–1960-х годах, в самом СССР борьба с религией, прервавшаяся было в 1940-х годах, возобновилась и шла полным ходом. Хрущевские годы были отмечены безудержной и грубой антицерковной пропагандой и разрушением церквей. А в Израиле Советский Союз боролся за каждое церковное строение и за каждый клочок земли, принадлежавший русской церкви. По сей день русская церковь в Израиле громче возмущается тем, что в 1950-х гг. власти Иерусалима отторгли от 23 гектаров территории Горненского монастыря полоску земли на строительство шоссе, соединяющего Иерусалим с больницей «Хадасса», нежели антицерковными репрессиями тех же лет в России.

Перестройка в СССР интенсифицировала контакты между СССР и МП с Израилем. В апреле 1986 г. СССР попросил разрешения на посылку в Израиль консульской делегации, которая, в частности, должна была заняться советской собственностью в стране. В 1991 г. была создана двусторонняя комиссия по вопросу о русской церковной собственности в Израиле, в 1993-м — возобновились паломничества из России в Землю Израиля. Вопрос о передаче собственности РПЦЗ Московской патриархии, однако, не сдвигался с места, за единственным исключением: в 1997 г. в ведение МП перешел монастырь Святой Троицы в Хевроне. Бывший член Московской духовной миссии в Иерусалиме иеромонах Марк (Головков) писал в журнале «International Affairs»:

«Юбилейный год (1997, год 150-летия РДМ. — А. Я.) был ознаменован возвращением Московскому патриархату русского монастыря в Хевроне. Утром 5 июля начальник Русской духовной миссии архимандрит Феодосий получил ключи от монастыря, добровольно сданные представителями Зарубежной церкви. Оба насельника обители выразили желание перейти в Московскую патриархию. Незадолго до этого события город был передан израильскими властями руководству новообразованной Палестинской автономии. Осуществляя передачу монастыря, палестинцы исходили из того, что только Московский патриархат является единственно законной Русской православной церковью, а значит, и владельцем всего ее имущества»[6].

Несколько иначе эту процедуру описывала израильская русскоязычная газета «Вести»:

«5 июля, около 11 часов утра, на территорию принадлежащего Русской православной зарубежной церкви монастыря в Хевроне въехали джипы палестинской полиции. Полицейские потребовали, чтобы обитатели монастыря покинули его в течение 24 часов. В сообщении, присланном вчера в “Вести” начальником Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандритом Варфоломеем, говорится, что такого рода визиты “различных групп сил безопасности Палестинской автономии случались почти ежедневно, начиная с 7 июня вплоть до 5 июля, когда наконец вооруженные палестинские полицейские взяли монастырь”. <...>

Вот описание некоторых сцен, данное в сообщении архимандрита:

<…> “Сначала были взломаны двери в жилой корпус, монахам было приказано собрать вещи и убираться. <...> Полисменам было твердо заявлено, что мы не покинем монастырь, не оставим собственности нашей Русской православной зарубежной церкви.

С прибытием одного из главных полицейских чинов, который кричал на наших монахинь и употреблял бранные выражения, события начали приобретать жестокий характер: нас всех стали вытаскивать на улицу за руки, за ноги, а когда мы пытались сопротивляться, держась за что-либо, — начали бить. Игуменью Иулианию волочили по полу женщины-полицейские, полные ненависти. Ее несколько раз ударяли головой о каменные ступени. Сейчас она находится в больнице <...>.

Инокиню Наталию били женщины-полисмены в живот, им помогали и мужчины-полицейские, ударяя ее головой об стену. Иноку Анемподисту и послушнику Владиславу надели наручники, заломив руки за спину. <…> При всех этих событиях присутствовали представители Московской патриархии: начальник их миссии, архимандрит Феодосий, иеромонах Гурий и несколько монахинь из Горненского монастыря. Также наблюдал за событиями представитель русского консульства.

Так свершилось „преподнесение подарка“ Московской патриархии от руководства Палестинской автономии. <...>”

Как сообщила вчера радиостанция “Коль Исраэль”, палестинские источники полагают, что распоряжение Ясира Арафата о насильственном выдворении обитателей монастыря связано с недавним визитом в Бейт-Лехем московского патриарха Алексия. Мы связались с членом Русской духовной миссии в Иерусалиме игуменом Марком, и он сообщил нам, что хевронский монастырь является собственностью Московской патриархии, хотя на протяжении десятилетий он находился под контролем Русской православной зарубежной церкви. По его словам, 5 июля была восстановлена справедливость, и монастырь был возвращен законным владельцам. Представитель же посольства России в Израиле заявил в ответ на запрос “Вестей”, что никто из дипломатических представителей России 5 июля в Хевроне не был:

<...> Двое монахов из хевронского монастыря недавно изъявили согласие перейти в подчинение Московской патриархии, но трое остальных монахов и четыре монашки решили сохранить лояльность РПЗЦ...»[7]

С 1997 г. многое изменилось как в Стране Израиля, так и в русской церкви. В 2007 г. произошло примирение РПЦЗ с РПЦ (московской), РПЦЗ, не теряя своей самостоятельности, подчинилась российской церкви, и борьба за передачу Московской патриархии собственности РПЦЗ потеряла свою остроту. С другой стороны, после Норвежских соглашений 1993 г., на территориях, оккупированных Израилем в 1967 г., была образована Палестинская автономия; за последующие годы Палестинская автономия приобретала все больше черт государства. Совершенно неудивительно, что РПЦ и власти России, одинаково заинтересованные в дальнейшем укреплении русского присутствия в Стране Израиля, ведут диалог не только с Государством Израиль, но и с Палестинской автономией, под контролем которой находятся, кроме Хеврона, такие важные для христианства города, как Бейт-Лехем (Вифлеем) и Иерихон. Как показывает хевронский инцидент, власти ПА оказались гораздо отзывчивее к требованиям Москвы, нежели Израиль.

В 2008–2010 гг. ПА передала правительству России несколько участков земли в Бейт-Лехеме и Иерихоне. РПЦ пока что не будет строить там церквей — потому, вероятно, что православных верующих недостаточно. Но Российская Федерация строит в Иерихоне российский культурный центр и при нем исторический музей, а в Бейт-Лехеме — российский культурно-деловой центр. Впрочем, это уже вопросы, лишь косвенно касающиеся Русской православной церкви и ее интересов в Палестине.

Деятельность РПЦ, поддержанной правительством России, продолжается и в Государстве Израиль. В 2003 г. было возобновлено строительство церкви Всех Святых на территории Горненского монастыря, прерванное первой мировой войной. В 2007 г. эта церковь — прекрасный образец русской церковной архитектуры — была освящена. К десяткам христианских домов молитвы в Иерусалиме добавился еще один, а город украсился еще одной достопримечательностью.

 

Александр Яновицкий

Источник: http://www.jcrelations.net

Примечания

[1] Seide G. Die russische geistliche Mission in Jerusalem seit 1918 // Ostkirchliche Studien, 22. 1973. S. 150.

[2] Дмитриевский А. Императорское Православное Палестинское Общество и его деятельность 1881–1907. СПб., 1907. С. 74–75.

[3] Seide G. Op. cit. S. 154. Зайде полагает, что часто приводимая в литературе цифра в 4,5 млн. долл. не является достоверной.

[4] Ibid. S. 166–167.

[5] Ibid. S. 168.

[6] International Affairs (Minneapolis). 1998. 44 (6). P. 82. "International Affairs" — английская версия московского журнала "Международная жизнь".

[7] Палестинская полиция штурмом взяла православный монастырь // Вести. 9.07.1997. № 1026. С. 1.

Добавить комментарий

Правила комментирования просты: стиль дворянского общения. Это значит не "тыкать" незнакомым участникам, не высказывать что-либо в обидном тоне, не пользоваться крепкими выражениями и считать других умнее себя.
Пожалуйста, говорите о статье, а не о Ваших религиозных убеждениях.
Согласно правилам boruh.info любой комментарий может быть удален или сокращен модератором без объяснения причин.
Пожалуйста, не размещайте комментарии в стиле «а вот ссылка на мою статью». Такие комментарии могут публиковать только авторы.

Хотите редактировать Ваши комментарии? Зарегистрируйтесь на сайте.


Защитный код
Обновить