Слёзы Войны. Глава XIII

Библиотека Слёзы Войны
Сергей Горбовец Просмотров: 1477


У Дорочки прибавилась ещё одна тревога, - ей приходилось каждый день, прячась за маму под пальто, сцеживать молоко. Она боялась, как бы не заметил этого кто-то из полицаев. Иначе сразу же попала бы под подозрение, что у неё остался ребёнок. Поначалу Дора пряталась и от соседей по камере, но оказалось, что скрыть это невозможно.

Пятна на платье предательски выдавали её. Камера была забита женщинами, многие были с детьми. Ей приходилось в жаркой и душной камере сидеть в пальто. Зарешечённое маленькое окошко-амбразура еле пропускало воздух.

Ежедневно камера пополнялась новыми арестованными. Полицаи грубо, с пошлыми прибаутками, заталкивали их, и они испуганно жались к стенке, привыкая к тусклому освещению. Сидящие на полу женщины, как могли, теснились, уступая новым хоть какое-то место, пытаясь помочь несчастным преодолеть первый страх.

Одну из них, совсем молоденькую маму с двухлетним ребёнком, Ида и Дора приютили у себя на нарах. Теперь они могли спать там только по очереди. Молодую маму звали Циля. Она рассказала, что муж её с первых дней мобилизации на фронте. Вначале, как только немцы издали приказ, они, как и все, начали собираться для отправки. Уже были сложены все вещи. Договорились со знакомыми, чтобы они присматривали за комнатой.

Их сосед Игорь, бывший одноклассник Цили и близкий друг её мужа, не был мобилизован в армию. Ещё до оккупации Киева фашистами его арестовали из-за какой-то мелочи. Ляпнул что-то по поводу правительства. На него тут же донесли, а под утро его и забрали прямо с работы. Он находился под следствием в тюрьме. Тогда таких было очень много. Когда Киев заняли фашистские войска, тюремная охрана разбежалась и заключённые вырвались на свободу. Многие, особенно уголовники пошли добровольно служить в полицию, надеясь отомстить коммунистам. Остальные, не имея никаких документов, слонялись по городу. Постепенно их вылавливали и мобилизовали в полицию как пострадавших от произвола советской власти. Кто не соглашался, тех отправляли в Сырецкий лагерь. Игорь согласился служить в полиции, рассчитывая, при первой же возможности завладеть оружием и сбежать. Но об этом догадывались и те, кто его туда принял. Его долго проверяли и не давали оружия. Они старались его подвязать кровью и таким образом лишить его этой возможности. А пока что его держали в конвойной роте под строжайшем надзором.

Узнав, что Циля и её родители уже собрались и в назначенный срок намерены идти на сборный пункт, он пробрался к ним под прикрытием темноты и пытался объяснить, что их там ожидает, если они туда придут.

Родители Цили не поверили ему. Они знали о том, что Игорь служит в полиции и боялись провокации. Циля знала Игоря много лет и верила ему. Вдобавок, слухи о расстрелах евреев в Бабьем Яру уже начали просачиваться среди населения и поползли городу.

В семье возникло разногласие. В конце концов решили так - родители идут на сборный пункт, а Цилю с ребёнком на какое-то время Игорь спрячет. Время исчислялось уже на минуты. Никакие уговоры Игоря не помогали. Выбора не было. Ради жизни ребёнка Циля простилась с родителями и послушалась Игоря.

В тот же вечер Игорь увёл её с ребёнком и поселил в комнате своих знакомых на окраине города, которая пустовала после их эвакуации. С тех пор Циля совсем не знает, что произошло с её родителями. Долго скрываться ей не пришлось. Ребёнку было необходимо молоко. Обычно всегда продукты им приносил Игорь. А тут, как на беду, его отправили на неделю на заготовку торфа. Прячась от всех, она вышла из дома и проходными дворами пробралась на базар, чтобы поменять кое-какие вещи на продукты. Там её кто-то узнал и выследил. Под утро следующего дня за ней пришли. В полиции её постоянно спрашивали, как она попала в пустующую комнату, кто её там прятал и кто снабжал их продуктами? Циля была в отчаянии. Дали ей один день на обдумывание. Дора с мамой, как могли, уговаривали её не выдавать Игоря:

 - Послушай, доченька, - уговаривала её Ида, - твой Игорь настоящий друг. Он совершил мужественный поступок. Будучи полицаем, хотя и не по своей воле, он пытался спасти вашу семью от гибели.

Циля, закрыв руками лицо, плакала.

 - Если ты сдашь Игоря, то этим ничего не изменишь. Погибнете все, - твёрдо сказала Дора. – Но, если ты будешь настаивать на том, что ты случайно попала в открытую квартиру. Допустим, был дождь, и ты с ребёнком случайно оказалась рядом с этой квартирой. Дверь была открыта и ты зашла туда, чтобы спрятаться от дождя, переодеть ребёнка, в конце концов. Ответить за это придётся, но зато Игорь будет жив и кто знает, скольких людей он сможет ещё спасти.

На всех последующих допросах Циля только это и утверждала. Что с ней случилось дальше, выдала она Игоря или мужественно погибла, уже никто не знает.

Будем верить в то, что добро порождает добро.

 

Продолжение Следует

Сергей Горбовец

 

Изображение: «Воины Гитлера — это друзья народа» Агитационный плакат рейхскомиссариата Украины.

Обсуждения

  • «Три дня и три ночи»

    • А всущности есть и третая ( точнее первая) ночь - только 3 часа, а где и когда ...
       
    • ! Три дня и три ночи Христос находился на пике борьбы света со тьмой, чтобы Своей ...
  • Природа Божества: один или един?

    • В Писании нет понятия "божество" ,а слово "эхад" означает ОДИН и не подразумевает ...

Вход на сайт

Недельная глава

Дварим / Второзаконие | Ницавим נצבים

Тора близко

В Недельной главе сказано: «Ибо заповедь сия, которую я заповедую тебе сегодня, не недоступна для тебя и не далека; она не на небе, чтобы можно [было] говорить: `кто взошел бы для нас на небо и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?' и не за морем она, чтобы можно [было] говорить: `кто сходил бы для нас за море и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?' но весьма близко к тебе слово сие: [оно] в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его» (Второзаконие 30:11-14).

Выбор Редакции

Правда о Биробиджане

Правда о Биробиджане: «свинцовые мерзости» имперского антисемитизма

24-го октября 1795-го года была подписана третья конвенция, по которой к России отошли польские земли восточнее рек Буг и Неман.

Девятое Ава: от трагедии к триумфу

В истории каждого народа есть даты, которые ассоциируются с величайшими национальными трагедиями. Одиннадцатое сентября, двадцать второе июня никогда не будут изглажены из исторической памяти.

 

Путешествия