Cлёзы войны. Глава II

Отец Володи Никанор был художник - богомаз. Он расписывал церкви, писал иконы. В поисках заработка семья вела кочевой образ жизни. Где была работа туда и ехали. Как-то раз Никанор получил крупный подряд на роспись вновь построенной церкви в селе Ядловка Черниговской губернии в Украине.

Свою маленькую семью – молоденькую жену красавицу Настю и годовалого сынишку Володю он взял с собой. Так они попали в село.

Настя, юная девушка, воспитанная в давних, патриархальных традициях своей семьи, которая происходила из старинного дворянского рода Иконниковых. Её брак «с каким-то богомазом без роду, без племени» одобрения у родителей не получил. В то время семейные традиции отличались большой строгостью. Родители поставили Настю перед выбором: или богомаз, или право на наследство. Без всяких колебаний, как и свойственно молоденьким барышням того времени, Настя выбрала Любовь.

Ещё в 15-ом столетии село Ядловка была центром казачего куреня. Многие жители села были прямыми потомками местных казаков, об этом говорят их фамилии. Ещё с каменного века существовали следы пребывания людей в этих краях. Когда эти земли освободили от татар сюда приехал на охоту казак Ядло. Место ему понравилось и он поселился здесь со своей семьёй и дружиною. Ядловку, как село обозначили на картах, про него упоминалось в описаниях путешественников, внесли в государственные переписи.

Ядловский казацкий курень входил в состав Барышевской сотни Переяславского полка, о чём свидетельствуют архивы полковой канцелярии. Казаки защищали село от татарских набегов, участвовали в казацких походах. Позднее, Переяславский полк был реорганизован в регулярный конный карабинерный полк русской армии. Ядловка была знаменита ещё и тем, что там никогда не было крепостного права. В то далёкое время в селе была даже своя войсковая дружина.*

В 1892 году в селе началось строительство новой церкви рожества Богородицы. Сразу же после постройки молодая семья приехала в Ядловку и Никанор приступил к работе.

Больше года он работал под куполом церкви, расписывал потолок, лёжа на спине на сырых досках лесов. Помещение церкви не отапливалось, донимали сквозняки. Заболел он, бедняга, и вскорости умер. Там же, в селе Ядловка, на цвинтаре возле церкви, Настя его и похоронила. Возвращаться назад к родителям ей было заказано и она осталась с маленьким Володей жить в Ядловке.

* * *

Теперь богатые земли принадлежали помещику. Он увлекался лошадьми и держал вполне приличную конюшню, которой очень гордился. У него была особая пара жеребцов, которых запрягали только по праздникам в парадно-выездную коляску.

При конюшне работал конюхом красавец казак Мина. Только он один смог укротить и править этими полудикими жеребцами. Никого другого они к себе даже не подпускали. Помимо этого, он ещё был первоклассный столяр. По тем временам это считалось очень престижным и доходным ремеслом. Мина тоже страстно любил лошадей и только поэтому согласился обслуживать выездную пару. Это было для него ещё и почётно. Пан хотел его даже одеть в кучерскую ливрею, но от этой панской блажи Мина решительно отказался, мотивируя тем, что он вольный казак, а не какой-то там холоп, и для него такое одеяние непристойно.

 

Жену себе помещик привёз из Германии. Они прожили совместно уже пять лет, но Бог так и не дал им ребёночка. Загрустила пани в селе без подруг и знакомых. Языка не знает, даже нет возможности с кем-нибудь пошушукаться.

Как-то раз Мина предложил покатать её по красивым украинским левадам и нивам. Согласилась пани. Да так ей понравилось кататься, что стала она чуть ли не каждый день подряжать Мину на прогулки. Теперь уже трудно было сказать, что больше ей понравилось: - кататься на коляске по живописным украинским степям или жаркие ласки красавца-конюха. Только понеслись по всему селу бабские пересуды. Слухи дошли и до пана. Обозлился он и увёз жену в Германию, подальше от украинского соблазнителя.

Взбунтовалась у Мины казацкая кровь, не долго думая, он двинулся туда же своим ходом, выкрал кралю и привёз обратно в село. Они укрылись на дальнем хуторе у его родственников. Пан принял срочные меры возвращению своей жены. Он нагрянул на хутор с жандармами. Мина был всё-таки простой сельский казак, а не какой-нибудь абрек с Кавказа. Он не стал сопротивляться и устраивать перестрелки, а вернул пану его кралю. Этому поступку было несколько причин: во первых, она ему уже порядком надоела, да и содержать её оказалось для него дороговато. Но самая главная причина была в том, что ему уже давно запала в душу молодая красивая вдова, как её называли в селе - кацапка Настя. А немка – это просто так, кураж. Не пропадать же зазря молодому, здоровому задору!

Вот так всегда жизнь распределяет по своему.

Прошло некоторое время, и всё это потихоньку уже начало забываться. Село готовило к освящению вновь отстроенную церковь и все другие события отошли на задний план.  Необходимо было водрузить крест на её купол. По давней традиции для этого обычно подбирали самого сильного парня. Крест привязывали у него за спиной. С этим тяжёлым грузом он, с помощью верёвок и необходимых креплений, взбирался на самую маковку церкви. Затем разворачивался и вставлял крест в специальное гнездо. Это мог сделать лишь человек, который обладал не только незаурядной силой, но и большим мужеством. Именно таким человеком и был Мина.

Он с блеском выполнил эту работу и о нём пошла слава по всей округе. Редкая девушка не заглядывалась на него. Настя тоже залюбовалась мужественным красавцем-казаком.

Церковь освятили в сентябре на Святого Николая, а уже осенью, перед Рождественским постом, всем селом гуляли свадьбу Мины и Насти. Даже пан не погнушался, пришёл. Выпил преподнесенную ему Настей чарку, кинул на поднос деньги, судя по выражению лиц гостей, немалые. Вдобавок подарил жениху на радостях карманные часы. Бабские языки понесли по всему селу, что он сделал такой невиданно дорогой подарок на радостях, что наконец-то возле Мины появился сторож. Ну, да на то они и есть бабы, чтобы языками плескать!

С малых лет Володя рос в селе среди своих сверстников, свободно говорил по украински, и очень скоро его уже невозможно было отличить от других украинских мальчишек. Осталось только детское прозвище Володька-кацап. Ну, а кто в селе есть без прозвища?

Гены отца перешли к нему, и он унаследовал от Никанора способность к рисованию. Окончив начальную школу в селе, он переехал в Киев для продолжения обучения. После окончания средней школы, Володя поступил в Киевскую академию искусств. Ещё будучи студентом, он и познакомился с обаятельной и красивой девушкой, студенткой Музыкально-Драматического института - Дорочкой.

 

С детства Володя полюбил Украину, сочувствовал национальному движению. Он считал себя рождённым на этой земле, хорошо знал украинский язык и все местные обычаи. При получении паспорта он с гордостью назвал себя украинцем. У него было много друзей и знакомых в мире искусства, в частности, в Капелле бандуристов, Академии художеств, в хоровой капелле «Думка», где Дора проходила практику концертмейстера. Там они встретились и полюбили друг друга.

 

Продолжение Следует 

Сергей Горбовец